Переправа через Дон

Очерк Надежды Дранниковой, ученицы 9 «В» класса, из второго выпуска школьного журнала «Лицеист», посвященного 50-летию со Дня Победы в Великой Отечественной войне. Редактор журнала – Феликс Аронович.

Однажды, когда я в очередной раз навестила бабушку, я застала у нее гостей, среди которых выделялся пожилой, слегка хромающий мужчина с орденскими планками на пиджаке. Ясно — что фронтовик, и я заинтересовалась. Когда гости разошлись, я попросила его задержаться и рассказать о войне. Он долго не соглашался, ссылаясь на тяжесть воспоминаний, но бабушка настояла, и вот он начал.

В октябре 1940 года меня призвали в армию. Везли нас, призывников, в товарном вагоне почти месяц. Когда мы прибыли на место, то приняли присягу. А через некоторое время меня направили в полковую школу, где готовили младший командный состав. Предполагалось, что через три месяца нас выпустят оттуда младшими лейтенантами и направят в воинские подразделения для дальнейшего прохождения службы. Но закончить учебу мне не пришлось.

В воскресение 22 июня 1941 года на митинге нам сообщили, что началась война. Я этот день никогда не забуду. Он был теплым и светлым, и вдруг эта ужасная новость, которая потрясла всю страну. Мне, как имеющему среднее образование, присвоили вне очереди звание лейтенанта и направили в отдел штаба фронта. Но я хотел непосредственно участвовать в боях, писал рапорты, просил, чтобы меня направили на передовую. Но мне отказали, а вскоре назначили на должность адъютанта учебного батальона. Я был не очень доволен.

В батальоне я долго не мог разобраться в учебных программах, и устав гарнизонной службы был для меня странен и непонятен. Незадолго до окончания курса обучения поступил приказ о том, чтобы дивизия направилась в действующую армию. Нас погрузили в эшелон и повезли в сторону фронта.

В июле 1942 года мы пошли в наступление в составе танковой армии. Дивизия расположилась за Доном, и начались жестокие бои в обороне.

Здесь между боями меня приняли в партию коммунистов. Поначалу было очень страшно. Бомбежки, гибель людей, много раненых и убитых — все приводило нас в ужас. Но со временем сердце затвердевает, и ты уже видишь не ужас всего этого, а только цель — выстоять и победить захватчика.

Как я уже говорил, наша дивизия вела бои в обороне. Фашистов было больше, чем нас, и нам было очень трудно. После первой неудачной танковой атаки мы получили приказ отступать.

Переправа через реку

Наверное, я никогда не забуду эту страшную переправу через Дон. Понтоны были затоплены, лодок совсем не было. Поэтому нам пришлось переправляться вплавь и на плотах. Вокруг разрывы бомб, снарядов, захлебываясь в воде, тонут раненые, погибают от осколков и пуль те, кто хоть как-то держался на воде. Мой близкий погиб при этой переправе. Мы шли с ним рядом на расстоянии один или два метра. Уже мертвого я дотащил его до берега и там похоронил. Мало осталось бойцов в дивизии, но остатки образовали свободную часть и опять пошли в оборону. Не было ни противотанковых пушек, ни полковой артиллерии, ни минометов, они остались где-то за Доном. К утру у некоторых солдат было совсем немного гранат или патронов. Бутылки с горячей смесью берегли. Они нужны против танков. Здесь я был ранен и стал инвалидом. Случайно я остался жив, но сколько моих товарищей погибло! Мы должны, мы обязаны их помнить!

Мы с бабушкой молчали, и каждый думал о своем, а на глазах фронтовика выступили слезы. По дороге домой я думала об этом ветеране. Он рисковал своей жизнью для того, чтобы нам было хорошо сейчас, чтобы не было войны. Миллионы солдат погибли, спасая наше будущее! А мы часто забываем о них. Те, кто остался в живых, уходят от нас, а мы этого не замечаем. Мы должны быть бесконечно благодарны тем людям, которые спасли нас и нашу страну от поработителей.

Записано со слов лейтенанта Петренко Николая Ивановича, пенсионера, инвалида Великой Отечественной войны.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *