Интимная лирика А.С. Пушкина, Ф.И. Тютчева и А.К. Толстова

Любовная лирика великих поэтов

Опыт сравнительного анализа «К Керн» А.С. Пушкина, «Я встретил Вас…» Ф.И. Тютчева и «Средь шумного бала…» А.К. Толстого.

Мировая литература подарила бесчисленное множество стихов, песен, баллад, мадригалов, сонетов, посланий, посвященных великому и вечному чувству любви.

Стихи о любви, написанные поэтами, почти современниками, А.С. Пушкиным, Ф.И. Тютчевым, А.К. Толстым давно уже вошли в сокровищницу интимной лирики и стали близки всякому, кто любил и был любим. Каждый из них явился продолжателем эмоциональных и художественных традиций любовной лирики и, в то же время, внес что-то свое, новое.

Рассматриваемые стихотворения все автобиографичны и запечатлевают ту встречу, которая является началом чего-то иного, независящего от автора или лирического героя — новых чувств, впечатлений, переживаний.

В 1819 году в петербургском доме Оленина юный Пушкин встретился с молодой красавицей А.П. Керн, которая произвела на поэта неизгладимое впечатление. После этой встречи в жизни Пушкина произошли значительные изменения: за вольнолюбивые стихи и общественные взгляды он был сослан в Южную ссылку, затем в Михайловское «под надзор местных властей». Там, будучи в Михайловском, поэт часто наезжал в Тригорское, соседнее имение помещицы П.А. Осиповой, где и произошла в 1825 году новая встреча с А.П. Керн. В июле этого же года Керн уезжала оттуда в Ригу. Пушкин провожал ее. В последствии об этом незабываемом моменте Анна Петровна вспоминает. «Он пришел утром и на прощание принес мне экземпляр первой главы «Онегина» в неразрезанных листках, между которыми я нашла вчетверо сложенный почтовый лист бумаги со стихами «Я помню чудное мгновение…». В этом стихотворении искренне, взволнованно поэт рассказывал о том «чудном мгновении», которое подарила поэту «и божество и вдохновение». В нем прослеживается целый ряд фактов биографии поэта от момента первого знакомства с Анной Петровной до встречи в Тригорском, все время их вынужденной разлуки. В послании отчетливо выделяются три части, соответствующие трем периодам жизни поэта. Сравнивая А.П. Керн с «гением чистой красоты», поэт ограничивается в описании реального образа лишь тем, что отметил ее «голос нежный» и «милые черты». Почему же Пушкин, умевший несколькими словами создать запоминающийся образ человека, в этом случае отступил от этого правила? Ведь Анна Петровна была женщиной красивой, обаятельной и по-своему умной. Почему? Потому что для поэта важно не реальное лицо, а то чувство, которое вызвало образ «мимолетного видения», счастье мига любви. В обстановке Михайловской ссылки, в тихом однообразии сельской жизни («тянулись тихо дни мои»), лишенной бурных впечатлений, появление А.П. Керн вызвало «пробуждение» в душе поэта, знаменовало рождение могучего и возвышенного чувства, которое стимулировало его творческое вдохновение.

Пушкину кажется, что восприятие «гения чистой красоты» возможно лишь в счастливый момент душевного подъема:

В душе настало пробужденье:
И вот опять явилась ты…

Это трепетное чувство было искрой, зажегшей пламя непревзойденного произведения, которое многие считают эталоном любовной лирики. Именно А.П. Керн дала повод вызвать образ «мимолетного видения» в пору душевного пробуждения поэта. Мгновение оказалось сильнее времени, когда «бурь порыв мятежный развеял милые черты». И в этом для Пушкина чудо «видения», с которым вместе воскресают «и божество, и вдохновенье, и жизнь, и слезы, и любовь». Объект любви, ставший божеством, вдохновляет его на творчество. Такой Пушкин видел Керн в своем поэтическом воображении.

Счастье встречи любви, возможность почувствовать что она несет в себе, преклонение перед любым существом за то, «что жизнь заговорила вновь», характерно и для стихотворения «Я встретил Вас…» (1870 года) другого, как некоторые считают, не менее талантливого поэта Ф. И. Тютчева.

По-особому ценишь это стихотворение, зная, что оно написано совсем не молодым человеком, а скорее пожилым и больным, который воспевает красоту глубоко интимных человеческих отношений и, хотя они причиняют ему душевную боль, но владеют им до конца жизни. И обращено это чувство было к Амалии Максимилиановне Крюденер. Они познакомились в 1823 году, когда двадцатилетний Федор Тютчев служил чиновником в дипломатической миссии в Мюнхен. Она была побочной дочерью родной сестры королевы прусской Луизы — матери императрицы Александры Федоровны, жены Николая I. Пятнадцатилетняя красавица быстро взяла под свое покровительство превосходно воспитанного, чуть застенчивого молодого человека Во всяком случае, за год их знакомства, того самого «времени золотого», Тютчев был настолько очарован своей юной избранницей, что стал всерьез подумывать о женитьбе Но простой русский дворянин показался ее родителям не такой уж выгодной партией для их дочери, и они предпочли ему барона Крюденера. Время покажет, что не она, ни он не забудут своей юной привязанности. В своей долгой жизни они встречались нечасто. Но эти редкие встречи радовали обоих. Так в июле 1870 года Ф И Тютчев лечился в Карлсбаде, где и встретился с Амалией Максимилиановной. Прогулка с пожилой, но все еще сохранившей привлекательность, графиней вдохновила поэта на одно из самых прекрасных стихотворений. 26 июля, возвратившись в гостиницу после прогулки, он на одном дыхании написал свое стихотворное признание:

Я встретил Вас — и все былое
В ожившем сердце ожило;
Я вспомнил время золотое
И сердцу стало так тепло…

Мы видим, что все существо личности поэта заполнено вновь вспыхнувшей любовью:

Тут не одно воспоминанье,
Тут жизнь заговорила вновь, —
И то же в Вас очарованье,
И та же в душе моей любовь!..

И вновь жизнь сердца, чувства со всеми волнениями, муками и тревогами. Строки стиха убеждают читателя, что Тютчев, как и Пушкин, благодарен этому «чудному мгновенью» за тот накал эмоции, за «те звуки, не умолкавшие во мне», которые открывают в человеке иные миры, не знакомые прежде. Он опять умеет постичь то, чего прежде не постигал до конца.

Так весь овеян дуновеньем
Тех лет душевной полноты.
С давно забытым упоеньем
Смотрю на милые черты…

Последняя строка перекликается со строчками пушкинского стихотворения:

Звучал мне долго голос нежный.
И снились милые черты…

Захватывает своей эмоциональностью близкое двум предыдущим по глубине лиризма стихотворение А.К. Толстого «Средь шумного бала случайно…» (1851 год), посвященное С.А. Миллер, его будущей жене, с которой поэт познакомился в январе 1851 года на маскараде. А.К. Толстой пошел дальше своих предшественников и дает более реальный, чем Пушкин и Тютчев, образ любимой.

Очи печально глядели,
Голос так дивно звучал,
Мне стан твой понравился тонкий,
А смех твой, и грустный, и звонкий.

Тайна, которая «покрывает черты» любимой, не дает забыть первую встречу, так взволновавшую поэта. И грусть, и нежность, и очарованье слышны в этих страстных строках:

И в грезах неведомых сплю…
Люблю ли тебя я не знаю,
Но кажется мне, что люблю.

Лирический герой этого стихотворения в отличие от пушкинского и тютчевского не уверен в том, что вдруг возникшее чувство и есть любовь.

Признания в любви А.С. Пушкина, Ф И. Тютчева и А. К Толстого состоят из монологов, обращенных к любимой:

А смех твой, и грустный, и звонкий,
С тех пор в моем сердце звучит.

(А.К. Толстой)

И сердце бьется в упоенье
И для него воскресли вновь…

(А С. Пушкин)

И вот слышнее стали звуки
Не умолкавшие во мне.

(Ф.И. Тютчев)

Нельзя не заметить, что для этих стихотворений характерен тонкий психологизм, переключение внимания на эмоциональное состояние души. Природа и человек во всех трех образцах этой интимной лирики сопоставляются и противопоставляются в различном состоянии лирического героя — в пробуждении, во сне, в расцвете творческого подъема. Аналогия идет от природы к душе, от образа к символу. Часто сопоставление дается и в форме прямого сравнения.

У Пушкина:

Как мимолетное виденье,
Как гений чистой красоты.

У Толстого:

А голос так дивно звучал.
Как звон отдаленной свирели,
Как моря играющий вал.

У Тютчева:

Как после вековой разлуки,
Гляжу на вас, как бы во сне.

Принцип аналогии постоянно является композиционной основой этих трех стихотворений и делит их у А. С. Пушкина на три части, у Ф. И. Тютчева и А.К. Толстого — на две. Прелесть этих стихотворений заключается и в том непередаваемом лирическом настроении, которое они вызывают. Строки этих стихов настолько музыкальны, что вдохновили композиторов на создание музыки к романсам. Так на стихотворение Ф.И. Тютчева «Я встретил Вас…» было написано два романса, из которых автор одного — Донауров, другого же – неизвестен. Уже после смерти Пушкина в 1840 году, Глинка написал романс «Я помню чудное  мгновенье», который, по иронии судьбы, был посвящен дочери А.П. Керн.

Творческое внимание Чайковского, Рубинштейна, Римского-Корсакова постоянно обращалось к музыкальной обработке многих стихотворений А.К. Толстого, в том числе и «Средь шумного бала».

Эстетическое и эмоциональное воздействие на человеческую душу этих стихов, романсов, возникших в результате соединения творческого таланта гениальных поэтов и не менее гениальных композиторов столь велико, что мы и сегодня наслаждаемся прекрасными стихами и органично вошедшей в них чудесной музыкой.

Работа В. Анкудинова, ученика 9 класса, из четвертого выпуска школьного журнала «Лицеист», 1997 года. Главный редактор журнала – Феликс Аронович.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *